Ивантер Алексей

Самогитский полк

Из дубового комода
утром выпало само
от шестнадцатого года
в адрес бабушки письмо,

поискал, а там их много,
не пускают в отпуска
с гренадёрского седьмого
Самогитского полка.

На высотках безымянных
фронтовая полоса,
на шатрах на полотняных
украинская роса,

где-то танцы, обниманцы,
где-то смерть на рубеже,
Ленин в Цюрихе, германцы
под Черниговом уже,

эшелоны и шевроны,
мат частей передовых,
и галунные погоны
на шинелях полевых,

полусвёрнутое знамя,
кони, бронепоезда…
Ничего о нём не знаю –
не узнаю никогда…
***
Няня с папой на выцветшем фото
задают немудрёный размер,
и заводишься с пол-оборота,
окунаешься в СССР.

Никакой по нему ностальгии,
пусть о длинной стальной булаве
как о родине, плачут другие,
я родился в России, в Москве.

Плакать нечего после гулянки,
погуляли – любите ворьё,
моё детство на узкой Солянке
дорогое наследство моё.

Сколько мы по стране колесили,
с каждым городом были на ты,
я из поезда видел Россию,
я глядел на неё с высоты,

но, наверное, в том-то и дело,
что важней мне сегодня стократ,
как она на меня поглядела
из-за низких орловских оград.

В день весенний, в снегу ноздреватом,
в марь сухую и в дождь ледяной
ощущаю себя виноватым
перед ней непонятной виной.

Чем не знаю, я ей не потрафил,
было грешным моё житиё,
но в крестильной воде фотографий
принимаю крещенье её.

Всё мы полили кровью и потом –
её войнам и стройкам родня.
Но крестьянка со старого фото
с тихой мукой глядит на меня.


ссылка для блога: http://clubrifma.ru/stihi/436464